31 июня. Безвременье.

Сама не знаю, откуда мне пришла мысль про 31 июня.

 Но так захотелось! Несбыточного, нереального, но такого ожидаемого и невозможного чуда... Оказаться там, в дне, которого нет,  с мужем. Провести вместе его вместе. Как раньше. Забыть, что между нами разлука и грустное слово "никогда".

Где бы мы оказались? В путешествии. С раннего утра нас поманила бы дорога. В дороге встретим рассвет, поедем навстречу солнцу.
Муж любит водить машину, а я люблю ехать далеко-далеко... Но нет, нам надо вернуться домой до вечера.
Значит, не очень далекий город. И мы будем бродить по  его улицам. Болтать и смеяться. Делать много фото, где мы вместе. Здороваться с  памятниками, узнавать здания и места, которые всем знакомы. Обедать в кафе, заказывая новые блюда. Мы будем держаться за руки и обниматься украдкой. Ожидая большего...
Мы устанем за день, но радость домашнего вечера позовет нас домой. В дороге проводим уходящий день. И уснем вместе...

А проснёмся уже каждый в своем доме. 1 июля. Снова чужими друг другу. Только фото останутся, как память о том, что это было.

P.s. так бывает ...

Шаманка и северный ветер.

В понедельник прилетел северный ветер с далёких холодных морских берегов.
Молодецки присвистнул, спустившись на землю. И весело затопал, захохотал. -Ууу! УУУУУ! Уууу!
Оглянулся.
Чистое поле. Вдалеке лес. Возле леса светится огонек. - Уууу! Сейчас! Тучки потрясу, перинки выколочу! Снежком припорошу земельку! Непорядок!
Расстелился по земле, растекся по всему полю. Слушает полюшко.
- Холодно! Холодно!- чуть шепчет земля. - Укрой, ветрушко!
Стрелой поднялся до серого неба! И давай трясти сонные тучи!
- Ах, ленивицы! Ах, негодницы! Что ж жалеете снега белого на земельку? За мной Мороз идёт, посох свой несёт. Стужа за ним хвостом тянется, а у вас ещё и не готово ничего к встрече гостей!
Заволновались тучи, мелко - мелко затряслись от страха. И посыпался снег. Частый, а потом густой и колкий.
Опять хохочет ветер. Пошел трепать макушки деревьев, путаться в ветвях, загонять непокорных в гнезда, норы, берлоги. Время тишины и покоя наступает.
Подлетел к домику, чье окошко светилось в ночи. Начал стучать, греметь, искать лаз. Все закрыто. Притворился, притих, прилёг.
Дверь открылась. Женщина выглянула на улицу. Шел снег. Было тихо. Дверь закрыла, но он успел. Протянулся тонкой струйкой в дом.
В доме было тепло, горел очаг, пахло травами и весной.
А она взяла бубен, села возле очага и запела песню на одной только ноте.
О чем она пела? Это была песня древняя как сама земля, как ветер, как небо, как жизнь. И такая же нескончаемая. Пела долго, нежно, сладко.
Ветер лежал у ее ног. Пригрелся. Допев, отложила бубен, подкинула поленьев в очаг и стала вязать...
Ветер проснулся рано утром. На его шее был красивый белый шарф.
- Береги себя, северный ветер! У тебя столько дел впереди! А сейчас тебе пора, лети!
И она открыла дверь.
Он удивился. Ведь даже не выдал своего присутствия ни вздохом, ни движением. Все знает! Старая шаманка!
Вылетел.  За ночь все засыпало снегом. Только на улице присвистнул,  завертел флюгером, помахал еловыми лапами.
- Я сильный! Я смелый! Я северный! Уууу! Я вернуууусь скоро!
Старая шаманка вытерла непрошенные слезы. Снова ждать...

Осенняя грусть.

Мне не пишется. Пришла грусть, уселась в мое любимое кресло, взяла большой носовой платок  и, пригладывая регулярно его к глазам, наблюдает за мной. Она просит чаю, кофе, конфет, пожалеться и поплакать вдоволь. Я не могу с ней бороться и выгнать не могу-осень ведь, холодно на улице! Я протягиваю ей горячий кофе, накрываю тёплым  пледом и рассказываю  истории. Вот одна из них. Моя осень пахнет дымом, разлукой и грустью. Деревья брызжут разноцветьем красок, обнадеживают нас, что не все так плохо: они по-прежнему прекрасны, а может быть, даже и больше. Мы идем по шуршащему ковру, подставляем лицо солнцу и думаем: может, обойдется?! И часто забываем дома зонтик. Лишь только ветер, вечный бродяга и авантюрист, срывает маски: обнажает деревья, вызывает дожди-то мелкие, затяжные, то яростные, колкие. Ветер пробирается под лёгкие плащики, куртки, треплет волосы, зовёт поиграть в свои хитроумные игры. После этих игр становится пусто и раздольно: не запутаться в ветвях деревьев, не укрыться в тени, не найти золотого сияния солнца. Лишь по земле стелется дым сожженных листьев, убаюкивая наши мечты. Печально, когда приходит время расставания. Знаешь, что за расставанием будет встреча, но сейчас не это важно. Важно проститься так, чтобы встреча была радостной и желанной. А погрустить непременно нужно: ведь уходят дни, которых уже никогда не будет в твоей жизни. Улетают листья, которых тоже никогда больше не будет. Попробую словить тонкую паутинку бабьего лета: вдруг это путеводная ниточка? Поведет новой дорогой, покажет новую весну и возрожденье. Я  фотографирую перламутровый закат, и замерзшую скульптуру в саду.

Я баюкаю мою грусть, я уговариваю ее не копаться в прошлом, не искать смысла в ушедшем. А только любить. Просто любить.