Вкусные пятницы. Австрия.

 Привет, друзья! Прошел месяц и снова "Вкусная пятница" от Светланы. 

Страна - Австрия. 

Света предложила три блюда на выбор - говядину с овощами, торт "Захер" и десерт с блинчиками. 

Я за целый месяц никак не могла ничего приготовить. То говядину искать по магазинам, то для торта много шоколада и сливок.

Посоветовалась с Гуглом и выбрала два подходящих мне  и интересных блюда. 

У меня получился почти обед: первое и десерт.

На первое я выбрала люгкий и приятный супчик с невыговариваемым названием  -Eierflockensuppe - Айерфлоккенпсуппе . По- русски - это суп с яичными хлопьями. Есть множество вариантов  - от взбитого и размешенного яйца в бульоне, до нарезанных блинчиков в бульоне. Я выбрала средний вариант. 

На 0.5 литра куриного бульона - 1 яйцо, 0.5 столовых ложки муки и 1 столовая ложка молока. Бульон закипятить. Яйцо смешать с мукой и молоком, чтобы не было комочков. Получается болтушка, как на блины. И эту болтушку мы выливаем, помешивая, в кипящий бульон.

Добавляем соль, перец по вкусу и размешиваем наш бульон. Яичная смесь получается хлопьями, звёздочками, снежинками. Красиво плавает в бульоне. На это все действо  нам нужна 1 минута. Выключаем. Даём постоять. При подаче на стол посыпаем обильно зеленью петрушки. 

Горячий суп жидковат, а потом немножко увеличивается содержимое. По вкусу - бульон с яичными хлопьями. Нежно, приятно. Как затирка, о которой я не рассказала. Петрушка очень украшает вкус. Мне очень понравилось. Я вспоминаю и думаю, что ещё хочу. Информацию брала здесь.

Это блюдо используется в диетическом и лечебном питании в том числе. 

Десерт выбрала " Мавр в рубашке" (Mohr im Hemd). Это классический шоколадный пудинг со взбитыми сливками, приготовленный на водяной бане.

Состав: 80 г сливочного масла, 100 г шоколада темного или горького ( отличается % содержания какао), 4 яйца, 80г  сахара, 50 г муки или белых хлебных крошек ( в идеале - миндальная мука), 200 г сливок 33%.

1. Растопить   шоколад с маслом на водяной бане. Остудить.

2. Взбить 4 желтка с сахаром добела. Добавить остывший шоколад. Размешать.

3. Добавить муку, размешать.

4. Взбить  белки. Осторожно и быстро вмешать их в тесто.

5. Тесто вылить в формочки, смазанные маслом и поставить в ёмкость, в которую налить немного воды.

Выпекать в духовке при температуре 180-200 градусов минут 35-40. 

Готовые десерты выложить на тарелку, полить растопленным шоколадом и подавать со взбитыми сливками.

Приготовить не сложно. Вкус понравился. Ела с мороженым вместо сливок.

Что я могу сказать? Вчера у меня был один рецепт, по которому я готовила. И я все сделала, как было написано. Но пункт с растопленным шоколадом я то ли пропустила, то ли его не было.

Когда писала пост, открыла рецепт, а там написано, что половина шоколада в тесто, а вторая половина - на обливание мавра. Теперь же в рецепте написано, что шоколад отдельно растапливается, а желтки смешиваются с маслом и половиной сахара. 

Вывод: мавр всем понравился даже без обливки и без сливок, но с мороженым. Утром у меня осталась сметана сладкая от блинчиков и тоже хорошо подошла к мавру- рубашка была впору. 

Советую приготовить, однозначно.

Про Австрию могу сказать, что сынок мой был в Австрии проездом, ходил по Зальцбурга. Привозил жутко дорогие конфеты "Моцарт" и открытки для меня. Конфетами я не впечатлилась. 

Из писателей читала Стефана Цвейга и Ремарка в пору давно уже прожитую.  Очень нравились "Три товарища". У нас дома эта книга была 60-х годов, потрёпанная уже. И Цвейг потрёпанный. 

А недавно услышала от одного филолога в разговоре про "любимого Рильке".  Появился повод узнать о нем. 

Сведения  о Райнере Мария Рильке я прочитала в Википедии. Там же узнала, что прожил он всего 50 лет, был одним из ярких представителей модернизма 20-го века. Очень любил Россию, бывал в ней, знаком с многими писателями. Изучал русский язык и писал на нем немного. 

Поделюсь известным стихотворением, вернее, одним из читаемых. Мне понравилось, хотя рифма сразу такая себе. Но это же перевод...

Одиночество.

Нет одиночеству предела...

Оно как дождь: на небе нет пробела,

в нём даль морей вечерних онемела,

безбрежно обступая города, —

и хлынет вниз усталая вода.

И дождь всю ночь. В рассветном запустенье,

когда продрогшим мостовым тоскливо,

неутолённых тел переплетенье

расторгнется тревожно и брезгливо,

и двое делят скорбно, сиротливо

одну постель и ненависть навеки, —

тогда оно уже не дождь, — разливы... реки...

И ещё одно.

За книгой.

Я зачитался. Я читал давно.

С тех пор, как дождь пошёл хлестать в окно.

Весь с головою в чтение уйдя,

не слышал я дождя.

Я вглядывался в строки, как в морщины

задумчивости, и часы подряд

стояло время или шло назад.

Как вдруг я вижу, краскою карминной

в них набрано: закат, закат, закат.

Как нитки ожерелья, строки рвутся

и буквы катятся куда хотят.

Я знаю, солнце, покидая сад,

должно ещё раз оглянуться

из-за охваченных зарёй оград.

А вот как будто ночь по всем приметам.

Деревья жмутся по краям дорог,

и люди собираются в кружок

и тихо рассуждают, каждый слог

дороже золота ценя при этом.

И если я от книги подыму

глаза и за окно уставлюсь взглядом,

как будет близко всё, как станет рядом,

сродни и впору сердцу моему!

Но надо глубже вжиться в полутьму

и глаз приноровить к ночным громадам,

и я увижу, что земле мала

околица, она переросла

себя и стала больше небосвода,

а крайняя звезда в конце села —

как свет в последнем домике прихода.

Спасибо, что дочитали.